• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

Адрес: Старая Басманная ул., д. 21/4, стр. 1, каб. 414в
Телефон: +7 495 772-95-90*22692
Email: aengovatova@hse.ru

Руководство
Руководитель школы Углева Анастасия Валерьевна
Научный руководитель Порус Владимир Натанович
Заместитель руководителя Винкельман Анна Михайловна
Заместитель руководителя Дроздова Дарья Николаевна
Менеджер по работе с преподавателями Захарова Наталия Владимировна

+7 (495) 772-95-90 *22685

Статья
Benjamin Constant’s Ideas as an Opportunity for the Substantiation of Religious Feeling only as Emotion

Igor W. Kirsberg.

Neue Zeitschrift fur Systematische Theologie und Religionsphilosophie. 2021. Vol. 63. No. 2. P. 226-236.

Глава в книге
Что есть время в некоторых концепциях современной физики: проблема интерпретации

Карпенко И. А.

В кн.: Феномен времени сквозь призму современной науки: Возможность нового понимания. Проблема времени в физике XXI века. М.: Издательская группа URSS, 2021. Гл. 9. С. 202-228.

Третье заседание Научного семинара Школы философии и культурологии НИУ ВШЭ

16 декабря 2020 года прошло очередное заседание Научного семинара Школы философии и культурологии НИУ ВШЭ, посвященного актуальным публикациям сотрудников. Владислав Эрикович Терехович представил свою статью «Метафизика принципа наименьшего действия»[ Metaphysics of the Principle of Least Action // Studies in History and Philosophy of Science Part B Studies in History and Philosophy of Modern Physics. 2018. Vol. 62. P. 189-201].

Запись встречи доступна здесь.

«Мой любимый философ - это Лейбниц, мой любимый физик – это Фейнман. И так получилось, что оба привели меня к одному вопросу. Как возможности переходят в то, что мы наблюдаем?»

Так Владислав Эрикович мотивировал свой интерес к принципу наименьшего действия.  Этот принцип высоко оценен Планком, Эддингтоном, Эйнштейном, но, с точки зрения докладчика, часто окутан «мистическим туманом» и обвиняется в скрытой телеологии: ведь идея конечных причин противоречит классическому детерминизму. Как и многие другие вариационные принципы, он широко используется в физике, но слишком редко рассматривается с реалистической перспективы.

Вслед за Дж. Баттерфилдом В.Э.Терехович предположил, что «вся аналитическая механика погружена в модальность» и метафизическое исследование возможных путей или историй, связанных с законами квантовых систем, очень продуктивно. Недостающее инструментальной трактовке реалистическое измерение можно пытаться восполнить именно за счет философского языка. В том числе, помочь может Лейбниц, автор концепции сущностей как возможностей, стремящихся к существованию. Также следует «использовать аналогию с возможными историями в квантовой физике», включая формализм Фейнмановских интегралов по траекториям. (Докладчик признал, что рискует говорить о формализме, не прибегая к формулам, а сосредотачиваясь на смысловых акцентах).

Принцип наименьшего действия не требует Ньютоновского языка сил: он оперирует возможными путями, и выбирает из них требующий минимального действия. Фейнмановское суммирование по историям предполагает, что квантовая частица движется сразу по всем возможным путям. С увеличением размера системы набор возможных путей сводится к узкому пучку, сжимающемуся к единственной траектории – наблюдаемой.

Многие ученые полагают, что за этим формализмом не стоит реальности, но почему тогда что-то стоит за формализмом Ньютона? Автор выделяет три возражения к чисто инструментальному представлению о вариационном методе наименьшего действия: 1) вариационный метод оказывается универсальнее дифференциального. 2) Апелляция к причинности недостаточна. Часто принцип наименьшего действия критикуют за телеологическую посылку, что система «выбирает» путь, исходя из конечного состояния, то есть будущее обуславливает процесс своего достижения, хотя базовое представление о причинности ставит причину во времени прежде следствия. Но многие законы физики предполагают инвариантность к знаку времени. И там проблем с причинностью не поднимается. Терехович предлагает рассматривать конечные причины как равноправную альтернативу представлениям о действующей причинности. 3) Наконец, критика наименьшего действия через принцип локальности не валидна на квантовом уровне.  

В рамках метафизики модальности возможны разные прочтения принципа наименьшего действия, например, модально реалистическое (В нашем мире мы наблюдаем истории с минимальным действием, а в других мирах может быть иначе), или актуалистское (возможная история – конструкция ума, а история с минимальным действием действительна и от ума не зависит). Дискуссия о модальностях отчасти направлена Лейбницем через идею конкурирующих возможностей. Согласно одной из его концепций возможности, актуальное выражает существование, а потенциальное – только сущность. Всякая возможная вещь имеет Daseinsstreben, возникает совмещение и соревнование за существование. Подобным образом мы описываем и квантовые истории: квантовая информация конкурирует за распространение. На квантовом уровне и происходит борьба возможных историй, ни одна из них там не исчезает, в чем и состоит суперпозиция фейнмановского интеграла. В такой интерпретации уже не нужно приписывать системе «знание» или «выбор». За систему это делает автоматизм суммирования действий для всех возможных историй. Обратной причинной связи больше не требуется, снимается и противоречие с принципом локальности. Что, если каждое состояние - не следствие предыдущих, а часть суммы переходов, соединяющих прошлое и будущее?

 

Обсуждение доклада было оживленным: в комментарии оппонента Дарья Николаевна Дроздова привела доводы в защиту инструменталистской позиции как естественного способа взаимодействовать с разными картинами мира, возникающими при разных математизациях. Далее свои вопросы и соображения высказывали преподаватели ВШЭ, а также гости из Новосибирска, Берлина, Минска… Обсуждались напряжение между инструментализмом и квантовым реализмом и статус метафизики при отходе от инструментальной интерпретации. В.Н.Порус интересовался, как исследовательская установка Тереховича соотносится со стандартными схемами философии науки 1930-1950-х годов, а Е. Полякова задалась вопросом, полноценно ли удается избежать телеологии (в сравнении с известным примером теории эволюции), коль скоро сохраняется идея стремления к максимуму существования. Докладчик признал здесь соблазн замаскировать телеологию. И все же, с его точки зрения, принцип наименьшего  действия помогает объяснять явления проще на конкретных этапах, не прибегая к мистике далеких целей. Мы не обязаны интерпретировать движение шарика по наклонному полу вниз через «цели», говоря, что он сам оптимизирует свою траекторию – язык естественности работает здесь не менее успешно.

Также докладчика спрашивали об исторических параллелях, интересовались его отношением к модели Хью Эверетта (в которой Владислав Эрикович не признал принципа экономии в близком ему смысле), а А.А.Глухов предложил вернуться к истокам и вспомнить идеи Аристотеля, явно актуальные и для самого Лейбница, и для текущих дискуссий. В финальной части обсуждения А.Н.Спасков выдвинул соображение о параллелях между онтологией квантовой механики и онтологией сознания: именно там, в отличие от классической механики, значимо возможное (а не только актуальное). Спасков выразил надежду, что параллельная постановка вопросов сознания и квантовой физики поможет в построении единой психофизической модели описания мира и многое прояснит в поведении частиц (подчеркнув, что это можно называть поведением).

В заключительной части семинара докладчик и оппонент сошлись в выводе, что прятаться за инструментализмом не следует до бесконечности – объяснительной его функции хватает лишь до определенных пределов, а существующие вопросы на стыке философии и физики доказывают, что подобные смежные компетенции сегодня весьма актуальны. Напоследок В.Н. Порус обратился к участникам последнего в 2020 году семинара с благодарностью и теплыми пожеланиями. Ибо, как бы мы ни говорили об инвариантности к времени, для нас за предшествующим неизбежно следует наступающий Новый год – и знать, что лежит в этом царстве будущего, нам, пока еще, не дано.


                                                                                                         Александр Мельников